О читке пьесы «Я танцую как дебил»

 

«Все мы родом из детства» – это банальное выражение идеально описывает пьесу «Я танцую как дебил» Игоря Витренко, дебюта «Любимовки». Она была прочитала в третий день фестиваля восемью актерами, одетыми в подчеркнуто молодежном стиле. Режиссер Филипп Гуревич выстроил статичную линейную композицию, сфокусировав внимание зрителей на звучании текста. Автор не дает никаких указаний жанровой принадлежности пьесы, но определить ее можно как бытовую драму. Несмотря на легкую форму подачи текста: удачные остроты, современный сленг, непринужденные диалоги – в тексте есть глубина. Человек должен позволить себе быть собой – это основной посыл, проходящий через всю канву текста. Сильная сторона драматурга в том, что он смог показать объемные выпуклые характеры. Каждый персонаж - личность, со своими особенными чертами, манерой речи, нюансами.

 

 

История посвящена подросткам, без которых, как говорит автор, не было бы пьесы, но рассказывает о взрослых людях. И это не ошибка, не обман, а убежденность драматурга, что подростки внутри нас. Главный герой, тридцатидевятилетний мужчина, в списке персонажей указан как просто «Толя», что сразу намекает на его незрелость. Толя уже разведен и имеет пятнадцатилетнего сына, который, в свою очередь, сильно стесняется своего отца и это показано с первых строчек. По ходу действия мы понимаем, что главный герой не просто старается быть «в теме», он остановился на уровне подростка, в состоянии вечного тинейджера. Взрослый мужчина, у которого уже есть взрослый сын, до сих пор верит в предсказание из своего детства и не осознанно подстраивает под него всю свою жизнь.

 

 

Автор не ставит определенную точку в конце, а дает возможность каждому самостоятельно сделать вывод о финале. Поначалу кажется, будто главный герой преодолел порог, прошел арку развития и получил свой хэппи-энд. Но если внимательнее вдумываешься в слова, начинаешь невольно сомневаться. Так и зависает вопрос: вырос он или откатился назад?

 

Мария Огнева, драматург, арт-директор «Любимовки»: «Для меня пьеса закончилась в тот момент, когда главный герой понял, что неправильно запомнил текст предсказания и я бы в принципе была не против оставить его в этой сцене и сделать это финалом. Чтобы он остался у разбитого корыта, с пониманием упущения своей любви из-за бесплодных фантомов. Но история продолжается и в конце выходит на счастливый финал, который по сути герой не заслуживает. Изначально он был задан автором так, что не заслуживал этого финала».

 

 

Алексей Житковский, драматург: «Хочу сказать спасибо за читку, но по моему восприятию это было долго. Долго и медленно. Это первое. Второе – у меня остался какой-то осадок, разочарование. Несмотря на многообразие характеров, я так и не понял, кто все эти люди, кем они работают. Ощущение, что смотрю какой-то сериал, где не понятно кто кому кем приходится. И ничего не происходит, все с кем-то встречаются. И как правильно подметила Мария, может и не нужно во второй серии закрывать все эти линии? Для себя я определил две проблемы: долго и проблема с жанром. Если здесь вообще можно говорить о жанре».

Мария Кожина, отборщик, театровед, театральный критик: «Здесь есть такая штука… этот интерес к обычному человеку утопает в немного тривиальном сюжете. Я, когда читала пьесу, думала, за что здесь зацепиться, ведь все в финале уводится в мелодраму, и нет зазора между обычным человеком и обычным сюжетом».

Ирина Тимофеева, драматург: «В первую очередь я хочу сказать спасибо за чудесную читку. Мне кажется, это одна из лучших читок «Любимовки». Я часто, когда слушаю пьесы, ухожу в себя, из-за чего у меня не всегда получатся сохранять внимание. Здесь мое внимание было примерно час двадцать, мне было интересно, и я легко следила за развитием, но потом, после сцены «сообщение о гадании» я начала уходить в себя и почувствовала, что не могу зацепиться за историю. Мне кажется, что основная проблема находится во второй части текста, где начинает теряться динамика. В любом случае это очень хорошая пьеса, она смешная и будет востребована театрами. Но мне кажется, ее стоит немного ужать и поработать над второй частью».

Ирина Кузьмина, драматург, постдраматугр: «Несмотря на провисающие моменты, затянутость и банальность диалогов, мне кажется, что текст работал, играл. Актеры, в свою очередь, попытались защитить, оправдать этих персонажей. Мне кажется, что как раз в этих максимально банальных разговорах и заключается вся суть и именно на них стоит давить. Текст как бы говорит: я имею право быть обычным. В этом заключается ценность пьесы. Герои – это не творческие, колоритные ребята, а именно скучные, обычные люди, которым нечем заняться, кроме как выяснением отношений. И герои как бы доказывают, что имеют право на эту обычность».

Анна Енушкевич, зритель: «Текст был очень обаятелен, в тот момент, когда я читала его глазами. Мне казалось, что пьеса близка к жизни, душевная, она вызывала у меня личные экзистенциальные переживания, которые меня к ней приковывали. Читка очень хорошая, прекрасные актеры, но в озвученном тексте вдруг стали вылезать косяки, связанные с языком: банальность, общность диалогов. А основные темы: личное ощущение возраста, протест против внутренней возрастной иерархии – ушли на второй план. Сыграть внутреннюю тему в процессе читки невозможно, и поэтому мне было тяжело ее слушать».

 

Валерия Амелина

Фото: Юрий Коротецкий и Наталия Времячкина