Интервью с драматургом Марюсом Ивашкявичюсом

 

Драматург Марюс Ивашкявичюс прилетел в Москву, чтобы провести мастер-класс на «Любимовке». Он рассказал истории создания своих главных пьес, о взаимоотношениях с режиссерами, ответил на вопросы из зала. После встречи Марюса надолго окружили участники фестиваля, желающие сфотографироваться и пообщаться. А затем он первым оставил автограф на стене новой площадки «8/3», на которой проходит «Любимовка».

 

 

Марюс, какие тенденции преобразования театра вы видите сегодня? Каким может стать театр?

Я думаю, что театр сейчас в фазе поисков, экспериментов. Пи этом уже чувствуется нехватка театра… не хочу сказать классического, но театра сюжетного, наверное. Театра, рассказывающего истории. Конечно, разными формами. Но именно история – позвоночник театра. Странно, что кино не ушло в такие искания. А театр, наверное, почувствовал, что кино переняло функцию рассказывания историй и начал поиски. Правда, пока что ничего лучше не нашел, на мой взгляд. Но плюс театра в том, что он может очень быстро реагировать на происходящее. Это хороший инструмент реакции.

 

Должен ли остаться театр старого образца?

Мне он не сильно интересен, но пока он нужен кому-то, пусть остается. Я за разнообразие! Главное, нельзя допускать стену межу творцами и публикой. Если будет такой полный конфликт, то театр просто умрет.

 

Вы занимались темой репрессий, организовали марш памяти жертв Холокоста. Наверное, вам известны последние политические события в России. А именно — насилие со стороны силовиков по отношению к мирным гражданам. На ваш взгляд, есть ли в этом повторение событий прошлого столетия?

Наверное, не в той, слава богу, жестокости, в которой она была. Но тенденция, да, такая есть. Очень больно на это смотреть. С другой стороны, я вижу в этом и позитив – в том, что общество перестает быть полностью рабским, а все-таки хочет что-то изменить в этом мире, в этой стране. И тут я вижу, что идет борьба. Чем она закончится — очень интересно.

 

Что мы можем сделать, чтоб подобные события не повторились?

Сложно сказать. Но молчание ни к чему хорошему не приведет. Знаете, умная власть — та, которая дает деньги тем, кто ее критикует. Конечно, добиваться такой умной власти нужно, а не жить в перемирии, тихом сосуществовании.

 

Какими драматургами вы вдохновлялись? С кем, возможно, видите свое сходство?

Не знаю, я вырос не из драматургии, больше из прозы, кино. У меня филологическое образование, поэтому читал, в основном, прозаиков, которые в свое время на меня и влияли. Из драматургов, наверное, для меня пьеса номер один — «Трамвай «Желание»». Хотя она совершенно непохожа на то, что я пишу. Сильное и правдивое в ней я вижу и очень её люблю.

 

Что вам нравится в «Любимовке», а что нет?

Мне сложно ответить, потому что я на «Любимовке» видел только вчерашнюю читку и провел сегодняшнюю встречу. Мне нравятся эти толпы людей: сюда же не попасть, нужно стоять в очереди, висеть где-то на окне. В этом большая прелесть, что зрители рвутся даже не увидеть спектакль, а просто услышать какие-то тексты. Для авторов это огромная мотивация, видеть и коллег, и других людей, заинтересованных в таком театре. А минусов? Нет, минусов пока не вижу.

 

Мария Гаврилова

Фото: Юрий Коротецкий и Наталия Времячкина