О читке пьесы Эндже Гиззатовой «Мне тяжело об этом говорить»

 

«Я думаю, какая молодец эта молодая барышня, которая взяла и соединила эти буквы вместе», – режиссер Виктор Рыжаков о пьесе Эндже Гиззатовой «Мне тяжело об этом говорить».

 

 

Мастерская Виктора Рыжакова, студенты четвертого курса Школы-Студии МХАТ, почти ровесники тех героев, чьи монологи звучат в пьесе Эндже Гиззатовой. Они прочитали пьесу, о которой и правда тяжело говорить. Вербатимы и почти документальные истории жен репрессированных соединяются в расследовании драматурга, в попытке понять природу человеческой жестокости и рассказать о том, о чем мало кто решается говорить.

 

Все мы привыкли жить в мире, где зло существует либо на страницах учебников, либо в телевизионных сюжетах – в выдуманном пространстве, которое нас вроде и не касается. О любой трагедии мы думаем «со мной такого никогда не произойдет». Наверное, так же думали жертвы ГУЛАГа и Освенцима. Герои пьесы высказывают свое мнение о страшном времени, которое им совсем незнакомо. Они сопереживают, но не до конца верят, не понимают, как это было на самом деле. История когда-то была реальностью, и в доказательство этого Виктор Рыжаков перед читкой прочитал письмо студента Высшей Школы Экономики Егора Жукова, арестованного по подозрению в организации массовых беспорядков. Вот некоторые фразы из этого письма: «Мой путь внутри тюремной системы уже начался… нужно «расчеловечить» человека… И все же, я очень хочу на волю. Я хочу на волю, потому что искренне по Вам скучаю».

 

Эти слова становятся первым монологом большой истории о жестоких допросах, о женщинах, умирающих в тюрьме для матерей, о «предателях родины», о жестокости власти и, в первую очередь, о человечности.

 

 

Студенты читают текст напрямую, используя нарочитую условность, безэмоциональность, простоту. Они как будто говорят сквозь зубы, подчеркивая название пьесы – «Мне тяжело об этом говорить». В пьесе, действительно, звучат фразы, которые сложно выдержать эмоционально. Например, актриса Настя Кутявина читает от лица тюремной надсмотрщицы, рассказывающей подслушанный разговор следователей, которые заставляли мать сломать мизинец своему ребенку. Порой эти бесчеловечные действия не имеют прямого обоснования, люди жестоки просто потому, что им так хочется. Эндже в своей пьесе как будто проводит расследование, пытаясь понять, что руководит человеком, когда ему хочется сделать то, на что у него нет никакого морального права. Она соединяет историю, в которой жестокость и есть главная героиня; трагедию, которую русский человек до сих пор вспоминает; с вербатимом, где тот же русский человек после работы бежит смотреть «пилу» или «игру престолов». Жажда увидеть побольше крови. И нет никакой разницы в национальности, половой принадлежности, возрасте. Следователь ГУЛАГа, который пытает невинных женщин без нужды; ребенок, издевающийся над кошкой; мать, которая хочет убить ребенка, потому что думает, что в тюрьме для жен репрессированных из него вырастет «ублюдок». Все это человек.

 

Очень точно студенты подчеркивают разницу между художественными и документальными частями пьесы. Текст, посвященный АЛЖИРу, они читают максимально сдержано, как будто звучит монотонное перечисление бесконечных тюремных номеров: 1756, 1003,1956 ,2143… Тогда как личные, вербативные тексты – от себя, от лица «детей тех, которые выжили». Будто мы слышим запись форума или живого журнала.

 

В итоге размышления сводятся к тому, что жестокость есть внутри каждого из нас, она  была в прошлом и остается в настоящем. Но главное, что все мы – человек. Об этом говорит героиня Влады Аникиевич: «Следователь ГУЛАГа – это человек. Это мое прошлое. Как человека».

 

Со вступительного слова и до конца читки в зале присутствовал человек в форме – деталь, которой мастерская Рыжкова подчеркнула, что «большой брат» всегда смотрит за нами. Пьет колу и ест чипсы, когда вокруг происходит то, о чем нельзя молчать и невозможно говорить. Как и сегодня, студенты сидят в тюрьме за пост в интернете, а МТС выпускает новый тариф с лозунгом «Свобода слова».

 

«Человек еще не смог себя потерять больше, чем тогда». Об этом пьеса, об этом читка и все это наше прошлое. Как ЧЕЛОВЕКА.

 

Студенты мастерской Виктора Рыжкова, читавшие пьесу: Владислав Прохоров, Виталий Муратов, Анастасия Кутявина, Екатерина Милешина, Ванда Конисевич, Влада Аникиевич, Мария Рубцова, Ксения Чигина, Михаил Шамков, Степан Белозеров.

 

Алесия Некрасова

Фото: Юрий Коротецкий и Наталия Времячкина