Интервью с драматургом Екатериной Тимофеевой

 

Молодой драматург Екатерина Тимофеева в своих пьесах соединяет реальное и мистическое, легко играет с языком персонажей и не боится говорить о важных проблемах.

 

 

Катя, поздравляю с дебютом на «Любимовке»! «Золото» твоя первая пьеса?

 

Нет, у меня было до этого несколько текстов, но пишу я относительно недавно. Первую мою пьесу заметили на драматургическом конкурсе «Ремарка», который в 2018 году проходил у нас в Уфе, она попала в шорт-лист. Для меня «Ремарка» стала отправной точкой, когда я впервые услышала, что во мне что-то есть. Я благодарна Олегу Липовецкому, художественному руководителю конкурса, за то, что он открыл меня как автора и привез «Ремарку» в Уфу. Именно в этот год я решила попробовать поступить на литературное творчество в Екатеринбурге.

 

И поступила на курс к Николаю Коляде?

 

Да. Я знаю две самые известные драматургические школы: Николая Коляды в Екатеринбурге и Натальи Скороход в Санкт-Петербурге. В прошлом году у меня был серьезный выбор: учиться на литературном творчестве у Коляды или пойти на театроведение в РГИСИ. Выбрала первое. Когда меня спрашивали, как я могла обменять Питер на Екатеринбург, то отвечала, что всему виной – обаяние Николая Владимировича. И это правда. Я очень рада, что училась у него этот год. Но, к сожалению, я быстро поняла, что не смогу стать частью уральской школы. Сейчас появился новый экспериментальный курс «Театроведение и драматургия» Павла Руднева и Михаила Дурненкова в Москве, где я сейчас и учусь. Мне кажется, это крутая идея: совместить два направления.

 

В будущем продолжишь карьеру драматурга или планируешь заниматься театроведением?

 

Думаю, одно другому не мешает. Хотелось бы не только уметь писать, но ещё знать театр изнутри.

 

Понравилась читка твоей пьесы на «Любимовке»? Насколько она совпала с твоим представлением? Знала ли ты режиссёра, который работал с текстом?

 

С Анастасией Патлай, режиссёром моей читки, мы не были знакомы, однако от многих людей я слышала: «Катя, тебе очень повезло. Это замечательный режиссёр». Пару раз Анастасия подошла ко мне и уточнила некоторые вопросы, а дальше – самостоятельно работала с актёрами. Когда я увидела читку, то поняла, что меня не обманули – Анастасия тактично отнеслась к материалу. Конечно, всё сильно отличалось от того, как пьеса звучала у меня в голове, но считаю, что это совершенно нормально. Благодаря читке я поняла, над чем мне ещё предстоит работать.

 

Зрители отметили необычную литературность персонажей, а ещё противоречивость образа бабушки. Насколько герои списаны с реальных людей?

 

Мне кажется, что любой образ получается в процессе наблюдения за другими людьми. В бабушке действительно есть смешение взглядов, в том числе религиозных. Она одновременно и в бога верует, и домовых подкармливает. То есть в ней сочетается христианское и языческое мировоззрение. Однако, в голове бабушки всё настолько смешено, что она вряд ли отделяет одно от другого. У неё нет конкретных объектов поклонения, богов – они все выдуманные, все ненастоящие. Я встречала такое у некоторых своих знакомых. От них, наверное, и взяла.

 

Твоя пьеса говорит о серьезной экологической катастрофе. Как считаешь, может ли театр влиять на решение масштабных проблем?

 

Театр может рассказать о проблеме, заострить угол, показать насколько важно говорить о чем-то вот именно сейчас. Честно, я не написала крутой пьесы, которая сделала бы «бум» и сразу была бы поставлена в театре. Возможно, её сценическая судьба закончится на «Любимовке», но мне кажется очень важным, что этот текст всё-таки прозвучал, что кто-то узнал о проблеме Сибая и его жителях.

 

Анастасия Ильина, Маргарита Гриня

Фото: Юрий Коротецкий и Наталия Времячкина