Интервью с Всеволодом Лисовским

 

Режиссёр и комиссар ЦТИ «Трансформатор» снял фильм о юбилейной «Любимовке». Нам он рассказал о своём отношении к пьесам и формату читки, мечтах и синонимам к слову «режиссёр».

 

Что для вас значит «Любимовка»?

Сложный вопрос. Так как я пьесами принципиально не пользуюсь и вообще не уверен в необходимости существования этого феномена, то, приходя на «Любимовку», чувствую себя немного странно. А так, вне моей идеологии, это очень даже приятное мероприятие, и безусловно оно должно приносить некую пользу.

 

Что вас побудило снять фильм, который показывался каждый день на фестивале?

Евгений Казачков предложил, и так как не было никаких ограничений, что именно снять, я и согласился. Я благодарен, что «Любимовка» дала мне стиль, не могу сказать, что это получился промо-ролик фестиваля, но получилось что-то жанровое.

 

Вы посещали несколько читок на «Любимовке», что вам запомнилось?

Я был на двух читках, и обе мне понравились. При том, что я, повторюсь, по идеологическим установкам не любитель читок, не понимаю, зачем они нужны, и ни одной читки нигде не сделал. Но мне понравилась читка пьесы PLIZE/По грибы Натальи Зайцевой, мне понравился текст. Не знаю, зачем его ставить, но он хороший. Юрий Шехватов делал читку, если я не ошибаюсь. И ещё ходил на читку, которую сделал Дмитрий Волкострелов по пьесе «Комитет грустящего божества» Павла Пряжко. Но это уже готовый спектакль, и если он всё-таки решит его ставить, то большинство готово. Это уже отдельный жанр – спектакли Дмитрия Волкострелова по пьесам Павла Пряжко. Это культурный феномен. Моя реакция на читки обычно холодная и отчуждённая, поэтому я на них редко хожу. Хотя люди действительно увлечены, делают их с большим энтузиазмом, поэтому я могу и ошибаться.

 

Насчёт ваших спектаклей. Присутствуют ли у вас какие-то зажимы во время работы или перед выпуском?

Начинать всегда сложно. В любом случае, первый показ перед зрителями – это волнение. Потому что никогда не знаешь, считывается ли то, что ты вложил в спектакль. Это же не акт сдачи-приёмки. Ты же вводишь в спектакль актёров, текст, действие, и зритель не чисто воспринимающая категория, а такая же функциональная часть постановки. Это всегда интересно, как эта значительная часть встанет в ход спектакля. Ты можешь поменять актёров, действие, последовательность, а зритель какой пришёл, с таким и работай. Когда выпускаешь каждый месяц или каждую неделю по спектаклю, то зажимы как-то блекнут. Но волнение и дрожь всё равно остаются. Но не более того.

 

Есть ли у вас профессиональные мечты?

Что значит мечта? Если я что-то хочу сделать, я иду и делаю. Может быть я как-то избалован, но я мало от кого завишу. Поэтому мне не нужно ни к кому идти и утверждать текст, бюджет. Захотел –сделал. Никаких мечт.

 

Даже никаких глобальных?

У меня есть глобальная мечта – я хочу стать генералом. Всё, чем я сейчас занимаюсь – это сублимация. В принципе, по природе своей я полководец. И моя мечта – водить пьяные толпы по степям и горам. Жду, когда начнётся гражданская война, чтобы я смог выполнить своё предназначение. Я сейчас я развлекаюсь всякой подручной деятельностью.

 

Как можете охарактеризовать себя как режиссёра?

Честно говоря, последнее время не терплю слово «режиссёр» по отношению к себе. Я пользуюсь термином «комиссар», потому что у меня нет уверенности, что можно назвать театром то, чем я занимаюсь. Я всё жду. Что компетентные люди, чьему мнению я склонен доверять, докажут мне, что это не театр. Я называю это театром, потому что люди, к которым я отношусь с симпатией, говорят мне «это театр». Мне не жалко, пускай будет театр. Слово режиссёр, оно, с одной стороны, показывает моё место в системе театра. Но также у этого термина есть определённая мифология, к которой я чувствую себя не вполне причастным.

 

Если не «театр» и не «режиссёр», то какие слова вы бы использовали в своей характеристике?

Если можно себя никак не позиционировать, я бы с удовольствием воспользовался этой возможностью. Вот, «знак нецензурного выражения», отточие, «знак молчания» - оптимальное для меня. Я создаю событие, которое порождает собой другие события.

 

Алена Волкова