Комментарий режиссёра Александра Кудряшова о читке пьесы «Комната умирает»

 

Читка первой серьезной пьесы молодого белорусского драматурга Микиты Ильинчика была поставлена на «Любимовке» режиссером Александром Кудряшовым. После зрительского обсуждения он поделился собственными впечатлениями от процесса работы с текстом.

 

 

Что ты увидел в этом тексте и что тебе дал этот текст, когда ты его прочитал и поставил?

 

Я в нём увидел большую катастрофу. По ощущениям мне это чем-то напомнило «Меланхолию» Ларса фон Триера, там героиня тоже странно себя ведёт, и никто ей не верит, что мир умирает. Здесь складывается похожая ситуация, ведь персонажи только к концу начинают понимать все, что их мир разваливается. Подобное ощущение иногда мне бывает близко.

Что мне этот текст дал? Какое-то новое дыхание. Он интересно построен: поначалу кажется, что у автора проблемы со структурой, но нет, он такой, какой он есть, и нужно это принять, тогда вдруг начинаешь понимать, почему пьеса так сделана. Работа с этим текстом дала мне большое удовольствие, с ним было интересно разбираться. Я очень благодарен Миките, с которым мы встречались и разговаривали, за то, что он мне многое объяснял, ведь в пьесе много всяких белорусских знаков. Например, «ЦТ по истории РБ» – это «Централизованное тестирование по истории Республики Беларусь».

 

Скажи, а узнавал ли ты в этой пьесе что-то, что окружает нас в нашей стране, или для тебя это специфически белорусская история?

 

Поскольку я до сих пор не был в Белоруссии, то могу исходить только от своего представления об этой стране. Кто-то очень точно высказался на обсуждении, что эта история похожа на то, что происходило в девяностые – что-то близкое для себя я находил в этом. А потом просто включал фантазию и пытался представить, как бы я себя вёл, когда разваливается мир. Мне в этом плане очень нравится сцена в кафе, где мужчина и две женщины хотят просто выпить кофе в последний раз, потому что они понимают, что сейчас всё рванёт, и при этом хочется просто глотка пива. Это очень интересная ситуация, для того и нужна фантастика, чтобы поставить человека в обстоятельства, в которых он обычно не оказывается, и пофантазировать о психологии, как он будет себя вести.

 

Пьеса многонаселённая, и у тебя в читке участвовало много актеров, но при этом почти каждый играл несколько ролей. Получается, что зрители прочитывают новых персонажей сквозь призму старых. Как ты это совмещал?

 

Это больше технический вопрос, я не буду лукавить, что в этом был какой-то сверхсмысл. Но когда один актёр читал сначала за Збигнева, а дальше за мужика в кафе, или когда женщины менялись ролями, – это получалось интересно. Во-первых, для актёров несколько образов интереснее, а во-вторых, возникают интересные связи и совпадения.

 

 

Анна Юсина

Фото: Даша Каретникова