Интервью с Ксенией Аитовой

 

Блог «Любимовки» продолжает серию интервью с ридерами фестиваля.

 

Театрального критика и самарскую журналистку Ксению Аитову мы расспросили о впечатлениях от «любимовских» текстов, а также о театральной жизни Самары.

 

Ксения, какие пьесы основного конкурса привлекли ваше внимание и почему?

 

Не одна и не две, конечно. «Родной» Дмитрия Соколова, «Женщины и дети» Екатерины Бондаренко, новые пьесы Маши Конторович и Анастасии Букреевой, первая пьеса нашей самарской Даши Ларионовой, «Карась» Марины Дадыченко — мне кажется, настоящее открытие этой «Любимовки».

«Гриша» Инги Воск — с одной стороны, не новая уже форма пьесы-переписки в мессенджере, с другой, это совершенно особая переписка, с участием ребенка, с интригой, с неожиданным ракурсом на тему эмиграции. «Как я стал разговаривать с Толиком» Йоси Олишевского — монопьеса с интересным героем и актуальной историей. «Лабрум» Максима Досько — тот случай, когда сначала пишешь в таблице: «ну нет, это хорошо, но не пьеса» — а потом задумываешься, а почему, собственно, нет?

Еще очень хочу дочитать внеконкурс, отобранный Павлом Рудневым – не все читки застала на фестивале. А еще – и так каждый год – были тексты, по-настоящему раскрывшиеся для меня уже здесь, на «Любимовке». «Все спокойно» Ольги Малышевой, удивительным образом соединяющий в себе чувство комического с обеспокоенностью социальным, что нечасто встречается. Или «Индивиды и атомарные предложения» Андрея Киселева — я не читала этого текста, fringe-программу отбирают другие ридеры, но «читка», если ее можно так назвать, Татьяны Гордеевой и Екатерины Бондаренко произвела на меня большое впечатление.

 

Как бы вы охарактеризовали общий поток текстов, присланных на «Любимовку» в этом году?

 

Поток очень разнообразный, и объять его каким-то одним определением трудно. А по шорт-листу судить тоже, наверное, не совсем правильно — это отбор отборов, а не поток.

Тем не менее, какая-то общая картина все равно складывается. В этом году, с одной стороны, выбор шорта из лонга шел непросто, потому что слишком много оказалось примерно одинаковых по уровню текстов — то есть мало было явных фаворитов, пьес, которые без вопросов проходили в шорт. С другой стороны, много оказалось пьес по-хорошему безумных, выделяющихся своей странностью — и эта линия развития на ближайшее время, думаю, останется с нами.

Важная тенденция — больше стало пьес о подростках, причем качество выросло вместе с количеством. История с «китами», видимо, не прошла даром, тема осталась на повестке. И нет, это далеко не всегда пьесы «на грани с суицидом», это очень разные тексты. Есть, например, «Юра» Тони Яблочкиной — пьеса с точными наблюдениями за отношениями родителей и детей, есть «На Луне» Игоря Яковлева — о том, как сложно с самим собой и с ровесниками в этом возрасте, а рядом «Ганди молчал по субботам» Анастасии Букреевой — совершенно особенный, нежный текст со странным героем.

Разрастается число текстов, написанных под влиянием кино — назовем это так. Один из ридеров даже называет это явление «гапоновщиной», по псевдониму одного из авторов, Натальи Гапоновой. Для меня это скорее «тарантиновщина», во всяком случае, в том, что касается диалогов и образов героев, влияние очень заметно. И если два-три года назад такие пьесы выделялись уже самим стилем, то сейчас одного этого мало, чтобы попасть в шорт.

Ну и еще одна из тенденций, о ней говорили на фестивале — много интересных текстов, которые по тем или иным причинам вряд ли в ближайшее время появятся на сцене российского театра. Это не значит, конечно, что авторы перестали писать «хорошо сделанные пьесы» или жанровые вещи, но «Любимовку», фестиваль молодой драматургии, интересуют не они.

 

Как вы оцениваете театральную жизнь Самары?

 

Сейчас не самое простое время из-за экономического кризиса, премьер у «больших» театров выходит меньше, это с одной стороны. С другой, у нас под боком, в Новокуйбышевске, есть театр «Грань», собирающий аншлаги и все мыслимые и немыслимые награды, включая «Золотую Маску». Есть несколько небольших коллективов, которые не имеют официального статуса, работают фактически бесплатно и делают интересные проекты, в том числе по современной драматургии. С одним из них, с «Уместным театром», мы активно сотрудничаем, и в том числе знакомим самарцев с пьесами из шорта «Любимовки». То есть жизнь идет, и в общем-то грех жаловаться. Хотя «есть куда расти».

 

Каковы условия для развития современной драматургии в Самаре?

 

В Самаре есть драматург Сергей Давыдов, он подбивает всех писать пьесы.

А если серьезно, то даже не знаю, как выглядят хорошие условия для развития современной драматургии в регионе? Не уверена, например, что большое число спектаклей по современной драматургии их создадут. Талантливых людей ведь всегда много, молодых и амбициозных – тоже. Вопрос в том, в каком направлении они свой талант применят. Мне кажется, что в Самаре, например, быть современным художником сейчас более модно, чем быть драматургом. И наверное, это что-то говорит о состоянии театральной жизни.

 

Автор: Надежда Фролова

Фото: Наталия Времячкина и Юрий Коротецкий